Как ритм внутри тебя замыкает круг, так из меня твои прорастают корни

Постылая тоска во взгляде Долохова срастается с чем-то хорошо знакомым Соне, тёмным и неизбывным. Она больше не опускает глаз, не заливается румянцем до корней волос, но легче от этого не становится. Кажется, будто кто-то вводит под ключицу тонкую острую спицу, медленно проворачивая. Соня вдруг принимает с неотвратимой ясностью, которая уничтожила бы её ещё несколько лет назад, что Nicolas никогда не смотрел на неё так, и в этом-то вся суть, главное теперь их различие.